А эту - лечили. Царапину маскировали самоклейкой. Сколы красили.
И она долголетием отвечала. Она пережила смену эпох, дефицит, нас, детей, и теперь встречает правнуков.
Она не умирала, потому что её любили. Не как предмет интерьера - как члена семьи.
Со своими шрамами, сединой (в виде потускневшей пленки) и историей, которую можно прочесть, как книгу.
Эти шкафчики являются хранителями разговоров, вкусов, смеха, ссор, примирений, смерти и жизни.

И пока на них держатся эти наивные детские картинки, та жизнь продолжается. В моей памяти.