Дом на беговой улице.
Владимиру Высоцкому.
Московских сборищ завсегдатай, едва очнется небосвод, люблю, когда рассвет сохатый.
Чащобу дыма грудью рвет.
На беговой в одной гостиной.
Есть плющ, и плен, и крен окна, где мчится конь неугасимый.
В обгон небесного огня.
И видит бельма рани блеклой.
Пустых трибун рассветный бред, фырчит и блещет быстролетный.
Переходящий в утро бег.
Над бредом, бегом, над бегами.
Есть плющ, и плен, есть гобелен:
